А.А. Сурков «Областная юношеская
библиотека имени А.А. Суркова»
Государственное учреждение культуры Ярославской области
pipl
 
На главую поиск карта сайта
 
Главная Психолог Достойно вашего внимания «Я ведь всю жизнь боялся. За детей боялся. За корабли»
 

«Я ведь всю жизнь боялся. За детей боялся. За корабли»

Когда я спрашиваю студентов о том, что они читали в школе, оказывается, что мало кто из них читал Крапивина. А ведь у меня — студенты-филологи, читающие много и читающие хорошую литературу. Почему же Крапивин оказывается где-то в стороне?

Сегодня Владиславу Петровичу Крапивину исполняется 80 лет. И за эти 80 лет он написал множество книг, столько, что и сам он, как признается в одном из последних интервью, потерял им счет. Кто читал всего Крапивина, иногда говорит: он повторяется. Писатель отвечает: «Про меня регулярно пишут, что я повторяюсь, и это правда. Но некоторые истины не грех повторить». Однако трудно представить большее разнообразие тем, героев и проблем, поднятых одним писателем: за время, прошедшее с момента написания им самых ранних произведений и до последних, произошла и эволюция творчества, и практически революционный переворот в стране, в которой жили герои, — и тем ярче видно, как живо и искренне откликается писатель на все происходящее на родине.

Его герои — мальчишки и девчонки, горячо отстаивающие свои убеждения, и многим взрослым не нравятся эти персонажи — как же так, ведь Крапивин «заряжает» детей спорить с взрослыми. Другие пишут: когда герои Крапивина оказываются без этого «подросткового» адреналина, они ломаются, потому что привыкли жить в постоянной борьбе. А кажется, что и первые, и вторые или недопоняли Крапивина, или в глубине души позавидовали его героям.

Два пацана скорее договорятся, чем два взрослых дядьки, потому что в мозгах не всякие дивиденды и прибыли, а еще кое-что человеческое.

«Прохождение Венеры по диску Солнца»

Замечательные герои ранних и зрелых повестей — «мальчик со шпагой» Сережа Каховский, Кинтель — Данилка Рафалов, «Болтик» Максим Рыбкин и многие другие очень рано понимают, что за правду надо воевать и, к сожалению, со старшими тоже. Конфликт поколений, проблема отцов и детей оказывается значимой, но Крапивин вдруг поворачивает зеркало в противоположную от мальчишек сторону: посмотрите на себя, посмотрите, как вас видят дети и почему они вдруг начинают спорить и кричать, требовать и «хамить».

В книгах Крапивина — все проблемы, которые регулярно обсуждают родители, психологи и педагоги. Можно ли наказывать детей? Регулярно? С холодной головой? Что же, посмотрите: вот повесть «Журавленок и молнии». Один отец наказывает сына регулярно и тот обреченно пьет анальгин, чтобы было не так больно (даже подташнивать начинает от такой мысли!), а в итоге — уходит из семьи (какой закономерный исход!), а второй поднимает руку на сына всего лишь раз — и сын уходит, и когда возвращается, нужно большое потрясение, чтобы разбитые отношения исцелились. Впрочем, чувство юмора не изменяет Крапивину — он иронично описывает неудачный опыт воспитания, когда решение о наказании ребенка потрясает: это до чего же надо было довести отца, чтобы он пошел на такое! Другой ракурс: как мальчик, которого регулярно порет отец, вымещает эту боль, безнадежность и зло на других. Неужели кто-то хочет видеть своего ребенка издевающимся над другими?

Тема эта вспыхивает во многих книгах, и слышно от детского писателя и педагога — нет, нет, и еще раз нет. Так наказывать детей нельзя.

Недаром на вопрос «что в идеале требуется от педагога» Владислав Петрович дает невероятный ответ: сострадание. Другие качества приобретаются. И ведь Крапивин знает, о чем говорит, его опыт работы с детскими коллективами огромный: больше 40 лет руководства парусной флотилией, журналистскими объединениями, работа с детьми, подростками. Постоянно соприкасаясь с детьми, Крапивин видит в них и новое, и неизменное, и ценит это неизменное: стремление к дружбе, веру в справедливость, готовность идти до конца. И любовь к маме.

— Только одному люди не научатся никогда…

— Чему? — огорчился Барашек.

— Сделать так, чтобы, когда человек летает, мама за него не боялась…

«Лоцман»

Мама в мире Крапивина — драгоценность. Автор не скрывает маминых недостатков, но мама — прибежище, мама — утешение, мама — надежный друг и советник. Мамы разные — работающие и домохозяйки, веселые и грустные, замотанные и свободные. Но во всех их образах нельзя не почувствовать трепетное отношение писателя к каждой из них. И тем острее и больнее читаются страницы о тех родителях — отцах или матерях, которые почему-то оставили своих детей. Вот мать слепого мальчика Владика («Та сторона, где ветер») — оставила мужа и сына еще до того, как мальчик ослеп, и не приехала, когда случилось несчастье. И Владик пытается ей написать письмо, а получается всего два предложения: не надо, не приезжай. А с другой стороны Фаддейка («Оранжевый портрет в крапинку») пытается решить вопрос: все же встречаться с отцом или нет? И вопрос этот мучительный, и мучительный как для героя, так и для читателя.

В одном Крапивин убежден беспредельно: казенные учреждения ломают детей — у ребенка должен быть свой угол, и никакой интернат не заменит ребенку родителей. Предельно жестко звучит эта тема, когда мальчик Дима совершает самоубийство и эта страшная тяжесть обрушивается не только на тех, кто его знал, но и на людей, с ним незнакомых («Наследники»). Но в каждой книге Крапивина есть герой, возвращающий веру в лучшее в людях: приходит к постели умирающего мальчика женщина, которую тот принял за свою маму, и ее присутствие спасает его, готовы выступать на стороне учеников учителя и вожатые, защищать своих детей родители.

Женских образов у Крапивина, казалось бы, не так много, но выписаны они с такой любовью и чуткостью, что не остается сомнений: девчоночью, девичью и женскую душу писатель чувствует и понимает. Поэтому знает, в какую трагедию превращается ожидание письма от «хорошего друга», как девочка может порой наговорить глупостей и как девчонки становятся самыми надежными товарищами.

Главное в человеке — характер, а не то, девочка он или мальчик.

«Журавленок и молнии»

Все, что угрожает детям, Крапивин рассматривает на страницах своих книг. Не остается без внимания проблема ювенальной юстиции, вопросы взаимодействия с органами опеки («Тополята») — автор порой густо кладет черную краску, но словно обращается так к читателю: смотрите, сравнивайте, думайте.

Когда читаешь любое интервью с Крапивиным, обращает на себя внимание его безусловная честность. Он не кривит душой, не уходит от неудобных вопросов, не боится признаваться в своих слабостях. Кажется, что именно так и писал он все свои книги: искренне, со страхом за детей, которым так непросто жить и в Советском Союзе, и в Российской Федерации, с огромной надеждой на чудеса, волшебные и неволшебные, которые обязательно случаются во всех его книгах, и с любовью к людям. С тем самым состраданием, которое нужно не только педагогам.

Короткий миг возвращения в детство нужен каждому. Такая вот отчетливая вспышка памяти о том, что было, и о тех, кто был. Без такой памяти трудно быть большим. И каждому настоящему взрослому, по-моему, нужен такой тополь у знакомой пристани, к которому иногда можно привязать свою лодку…

«Тополиная рубашка»

Многая Вам лета, Владислав Петрович!

Александра Матрусова

Источник: http://www.matrony.ru/ya-ved-vsyu-zhizn-boyalsya-za-detey-boyalsya-za-korabli/

22.10.2018, 11 просмотров.

 
 
 
 
2009 © «Областная юношеская библиотека имени А.А. Суркова»

Рекомендации по правилам личной безопасности

Создание сайта — студия "Paradox"
    г. Ярославль
Московский пр-т, 147

    Режим работы:

понедельник - суббота с 10.00 до 18.00

воскресенье - выходной

последняя среда месяца - санитарный день

Обслуживание читателей заканчивается за 10 минут до закрытия библиотеки

   
(4852) 445 394